Каждый раз, когда в Милане происходит ограбление, нападение или акт насилия, в соцсетях появляется одна и та же фраза: «Это вина Беппе Салы». Это стало почти автоматической реакцией.
Простой, немедленный нарратив, идеально подходящий для постов и роликов, которые дискредитируют политику и пугают граждан.
Но административная реальность гораздо сложнее.
Приписывать все проблемы безопасности города исключительно мэру — значит рассказывать неполную версию событий. Так же неверно было бы утверждать, что мэрия вообще не несёт никакой ответственности.
Разберёмся, в чём заключаются обязанности сторон
Городская безопасность — это результат действий разных институтов, каждый из которых обладает своими специфическими полномочиями.
Общественный порядок, координация государственной полиции и карабинеров, а также использование сил правопорядка находятся в ведении МВД, действующего через префекта. Именно правительство определяет штатную численность, национальные стратегии и ресурсы, выделяемые полицейским силам.
Мэрия же действует на другом, но отнюдь не второстепенном уровне. Она управляет местной полицией, занимается вопросами городской безопасности, профилактики, качества общественных пространств, молодёжной политики, посредничества на местах, координации с ассоциациями и общественными организациями, комфортом проживания в районах и способностью выстраивать отношения доверия между институтами и гражданами.
Сводить всё к «за Салу» или «против Салы» — значит не понимать, как на самом деле функционирует большой город.
Если действительно хочется разобраться, кто в последние годы нёс политическую ответственность за эти вопросы в рамках мэрии Милана, недостаточно просто назвать имя мэра.
Долгие годы пост вице-мэра, в чьи полномочия входила в том числе Безопасность, а также Молодёжная политика, занимала Анна Скавуццо. Эти должности предполагают не просто координацию административных служб, но и выстраивание политической стратегии: диалог с районами, понимание и реакцию на социальное неблагополучие, содействие профилактике, координацию муниципальной политики и создание у граждан ощущения, что существует чёткое направление действий.
Когда значительная часть миланцев сегодня заявляет, что чувствует себя менее защищённой, чем в прошлом, это ощущение возникает не на пустом месте. Оно может зависеть от экономических, социальных, культурных и криминальных факторов, но при этом является и показателем способности институтов управлять этими явлениями. Поэтому закономерен вопрос: достигли ли те, кто отвечал за эти направления, целей, которых ожидал от них город?
Та же логика сегодня применима и к Микеле Альбиани, председателю Комиссии по безопасности, социальной сплочённости и ночной политике мэрии Милана.
«Муниципальная комиссия не арестовывает преступников и не решает, сколько сотрудников государственной полиции будет присутствовать в городе».
Его задача должна заключаться в другом: выслушивать территорию, разрабатывать предложения, выстраивать диалог и улаживать конфликты между институтами, гражданами, предпринимателями, деятелями культуры и ассоциациями, выявлять проблемные моменты и способствовать формированию муниципальной политики.
Но если дистанция между гражданами и институтами продолжает расти, если общественная дискуссия о безопасности становится всё более путаной и поляризованной, а всё большая часть населения ощущает ухудшение качества жизни, неизбежно встаёт вопрос и об эффективности этой политической работы.
Случай Порта Венеция
Если и есть район, который лучше всех остальных иллюстрирует пределы муниципальной политики в сфере городской безопасности, то это, вероятно, Порта Венеция, и в частности зона улицы Лекко.
Годами жители, предприниматели и ассоциации сообщают о проблемах, связанных с разгулом ночной жизни, мелкой преступностью, карманными кражами, нападениями, упадком и трудным сосуществованием ночной жизни и района, — до такой степени, что потребовались институциональные рабочие столы и целевые меры.
Это не второстепенная тема. Она фигурировала и в политической программе Микеле Альбиани, где Порта Венеция прямо указывалась как район, в отношении которого нужно выстраивать более тесный диалог с жителями, предпринимателями и институтами и разрабатывать стратегии по повышению безопасности и комфорта проживания.
Спустя годы закономерно спросить: какие конкретные результаты были достигнуты?
Муниципальная комиссия не арестовывает преступников, но её задача — анализировать и предотвращать проблемы, способствовать диалогу между сторонами и помогать выстраивать эффективную государственную политику.
Если один из районов-символов «инклюзивного Милана» по-прежнему остаётся в центре напряжённости и проблем, неизбежно, что и политическая работа, проделанная на этой территории, становится предметом оценки.
Милан переживает глубокие перемены: рост неравенства, жилищный кризис, трудности молодёжи, кризис психического здоровья и зависимостей, миграция, бедность, нагрузка на транспортную систему, туризм, ночная жизнь, нехватка кадров в силах правопорядка и социальные изменения, затрагивающие всю страну.
Считать, что один-единственный чиновник способен в одиночку определить судьбу городской безопасности, было бы столь же упрощённо.
Но именно потому, что проблема сложна, важно, чтобы общественная дискуссия перестала её упрощать.
«Граждане имеют право знать, кто за что отвечает. Они имеют право знать, какие решения относятся к компетенции правительства, а какие — мэрии. Они имеют право знать, каковы обязанности префекта, местной полиции, Комиссии по безопасности, советников и вице-мэров».
Только понимая, как устроены институты, можно спрашивать за решения с нужных людей, выдвигать убедительные предложения и по-настоящему улучшать город.
Когда же всё сводится к лозунгу, вирусному посту или политическому мему, достигается противоположный эффект: растёт путаница, усиливается разделение на «болельщиков» разных лагерей и снижается возможность всерьёз заняться решением проблем.
Безопасность — это не предвыборный мем
В последние годы итальянская политика — как правая, так и левая — вложила огромные усилия в коммуникацию. Производится всё более эффективный контент, всё более легко расходящиеся на цитаты лозунги, всё более вирусные видео. Но качество коммуникации не может заменить качество управления.
Потому что управлять городом — не значит выигрывать спор в соцсетях.
Это значит знать свои полномочия, брать на себя ответственность, сотрудничать с другими институтами и объяснять гражданам, с полной прозрачностью, как на самом деле работает государственная машина.
Только из этого осознания может родиться зрелая дискуссия. И только зрелая дискуссия способна дать более качественную политику.
«Всё остальное — это ролики и лайки».
